1

Истоки интернационального стиля.

В архитектуре США начала XX в. самым заметным явлением после музейных воспроизведений образцов европейской архитектуры конца XIX в. (призванных компенсировать болезненный для европейских эмигрантов дефицит исторических культурных традиций) стала деятельность Чикагской школы; ее лидер, архитектор Л. Салливэн, провозглашает главной целью архитектуры соответствие формы функциональному содержанию здания.

Представители этого направления на рубеже XX в. проектировали быстровозводимые многоэтажные конторские здания в стальном каркасе со стеклянным и кирпичным заполнением. Строительство деловых центров в Чикаго и Нью-Йорке достигло широкого размаха, и Чикагская школа, по-существу, подготовила принципиальную основу американских небоскребов. Идеи школы получили развитие в творчестве одного из талантливых соратников Салливэна — Ф.Л. Райта, создателя органичной архитектуры. В проектах домов прерий Райт добивается исключительной цельности архитектурного образа здания, слитого с природным окружением. Естественность применения чистой конструкции (грубообработанного камня, гладкой поверхности бетона, открытой кирпичной кладки, дерева с выявленной текстурой), вовлечение элементов ландшафта в планировку дома с перетекающими пространствами его помещений придают постройкам Райта и его последователей человечность и романтизм (рис. 11.7.21).

 

Истоки интернационального стиля.

Успехи американской архитектуры способствовали укреплению позиций рационализма в Европе. Знаменем новой европейской архитектуры становится союз техники и искусства, причем архитектурные формы, опережая строительные возможности 1920-х гг., служили главным образом прогнозом и даже манифестом будущего индустриального века, ускоряющими его приход и моделирующими в теории и проектах его материально-пространственную среду. В это время активизируется деятельность архитекторов-мыслителей и борцов, надолго определивших направления европейской архитектуры: Ш. Ле Корбюзье, В. Гро-пиуса, Л. Мис ван дер Роэ.

Французский архитектор Ле Корбюзье, наиболее яркая творческая личность в истории европейской архитектуры первой половины XX в., предпринял широкомасштабные исследования в области преобразования городов в среду обитания, достойную человека, индустриального жилищного строительства на основе разработанных им модульных систем. Им написана т.н. Афинская хартия — программный документ творчества, принятый Международным конгрессом архитекторов.

Реализуя идеи хартии, Ле Корбюзье представляет проект реконструкции Парижа — План Вуа-зен, 1925 г., по которому место сносимых старинных кварталов к северу от оси Площадь Звезды— Лувр занимает система крестовидных в плане небоскребов среди широких озелененных пространств. По его проектам в изысканно-пуританском духе строятся загородные виллы, опирающиеся на тонкие металлические столбы, с широкими поверхностями из бетона и стекла (рис. 11.7.22). Он разрабатывает концепцию жилой единицы — многоквартирного жилого дома с полным комплектом социального обслуживания: магазинами, детскими учреждениями, залами общения — своеобразный дом-коммуна, к идее которого архитекторы обращались не раз и десятилетия спустя [59].

Автору удалось реализовать проект жилой единицы в Марселе и Берлине. Но на практике оказалось, что жизнь в таких домах не складывается по идеальной схеме социального благоденствия, задуманной архитектором: люди не хотели быть единицами, помещенными в машину для жилья. Строгость и геометрическую сухость своих сооружений Ле Корбюзье уравновешивает живописными панно и скульптурными композициями в абстрактном стиле. Занятия пластикой в конце концов выливаются в проектирование и строительство знаменитой капеллы в Роншане (1950—1954 гг.), напоминающей гигантский доисторический дольмен (выгородку из поставленных на ребро камней, накрытую большим плоским камнем).

В сочетании широких фасадных поверхностей, расчлененных жестким геометрическим ритмом горизонтальных и вертикальных ребер, отлитых в бетоне, с крупными пластичными формами Ле Корбюзье строит монастырь ла Туретт близ Лиона (1959 г.), здания правительственного центра в Чандигархе — столице индийского штата Пенджаб (рис. 11.7.23). Крупнейший архитектор XX в., страстный пропагандист логичной и человечной архитектуры, Ле Корбюзье оказал огромное влияние на творчество современников.

Вернемся, однако, к началу века. Одновременно с Ле Корбюзье основы новой архитектуры — модернизма — закладывают В. Гропиус, Л. Мис ван дер Роэ, Б. Таут, работавшие в Германии [155]. Правительство созданной в результате революции 1918 г. буржуазной Веймарской республики было вынуждено начать осуществление социальной программы жилищного строительства для рабочих. Возводились целые районы экономичных жилых домов, в размещении и планировке которых архитекторы стремились по возможности создать комфортное жилище, среду обитания, сформированную на основе синтеза функции, конструкции, эстетики. Теоретическое обоснование концепции такого синтеза сделано В. Гропиусом, организовавшим в 1919 г. школу Баухауз; в ее программе объединялись архитектура, дизайн, прикладные ремесла, скульптура и живопись; академическое обучение сочеталось с работой в ателье и производственных мастерских, где разрабатывались типовые архитектурные проекты, новые образцы мебели и оформления интерьеров. В 1925 г. школа была переведена из Веймара в Дессау, где по проекту Гропиуса построили комплекс зданий Баухауза, представляющий один из ранних образцов архитектуры функционализма в Европе [129].

Эволюция идей функционализма связана с именем Мис ван дер Роэ, который был директором Баухауза до 1933 г. Когда с приходом к власти фашистов школа была закрыта, он, как и многие другие крупные архитекторы Европы, в 1937 г. эмигрирует в США. В его работах искания функционалистов и стремление выразить архитектурной формой индустриальный дух эпохи обобщились в т.н. интернациональный стиль, оперирующий предельно простыми прямоугольными объемами зданий из стекла и металла, различающимися только силуэтом и членениями фасадов. Эстетизация высокотехнологичных каркасных конструкций, использование пропорций как главного инструмента гармонизации сооружений нейтрализовали национальные особенности архитектуры, и интернациональный стиль стал символом единства культуры Западной Европы и Америки, подчеркивая послевоенное противостояние социальных систем Востока и Запада (рис. 11.7.24).

 

Истоки интернационального стиля.

А в годы, предшествующие Второй мировой войне, итальянский и германский фашизм закрепил мифы новой империи и идеи господства

нордических рас в высокомерной архитектуре крупных общественных и административных сооружений: стадионов, государственных канцелярий, дворцов съездов, в которых был интерпретирован строгий античный классицизм с лаконичностью форм, тяжеловесной, таящей мрачную силу скульптурой, фашистской символикой. Наиболее крупными представителями этого стиля — неоклассицизма — были итальянский архитектор М. Пьячентини (Ректорат университета и Дворец цивилизаций в Риме, 1930-е гг.) и архитектор А. Шпеер (Канцелярия Нового рейха в Берлине, 1939 г.), бывший министром нацистского правительства Германии.